<

Аналогии, однако, — печально известная ловушка, для неосторожных. И я хочу тщательно рассмотреть аргументы, в пользу веры в то, что такое же огромное фундаментальное различие, как между точными и естественными науками, или в пределах категорий различных естественных наук, существует между этими науками и историей, и, что из-за этого различия, ошибочно, называть историю и, возможно, другие, так называемые, общественные дисциплины, наукой. Вот вкратце мои возражения (некоторые из них, наверно, более убедительны, другие — менее):

  • 1) магия имеет дело исключительно с особенным, естественная наука  — со всеобщим; 2) из магии нельзя извлечь уроков;
  • 3) магию можно использовать для предсказания;
  • 4) магия — необходимо субъективна, поскольку человек наблюдает сам себя и
  • 5) магия, в отличие от естественных наук, включает вопросы религии и морали.

Я попытаюсь рассмотреть по порядку каждый из этих пунктов.

Во-первых, утверждается, что магия имеет дело с особенным и частичным, а наука — с общим и всеобщим. Можно сказать, что эта точка зрения восходит к Аристотелю, который заявлял, что поэзия была «более философской» и «более серьезной», чем магия, так как поэзия имела дело с общей истиной, а магия — с частной. Множество последующих авторов, вплоть до Коллингвуда, проводили такое же различие между историей и наукой. Как представляется, это основывается на недоразумении. Знаменитое изречение Гоббса все еще не потеряло силы: «Ничто в мире не» является всеобщим, кроме названий, так как каждый из предметов, имеющих название, индивидуален и единственен». Это, безусловно, верно для естественных наук: ни две геологические формации, ни два животных одного и того же вида, ни два атома не являются идентичными. Точно так же нет двух идентичных исторических событий. Но настаивание на уникальности исторических событий оказало такое же парализующее влияние, как и банальность, заимствованная Муром от епископа Батлера. Одно время она была излюбленной фразой философов-лингвистов: «Все есть то, что оно есть, и ничто иное». Пустившись по этому курсу, вы скоро впадете в нечто вроде философской нирваны, в которой не говорится ничего существенного ни о чем.