<

Маги, о которых я только что говорил — Гроут и Моммзен, Тревельян и Нэмир, — каждый из них был, так сказать, отлит в единой социальной и политической форме, между их ранними и поздними работами не прослеживается заметных изменений взглядов. Но некоторые маги в период быстрых перемен отразили в своих работах не одно общество и не один общественный порядок, но последовательность разных порядков. Лучший из известных мне примеров — пример выдающегося германского мага Мейнеке, который прожил и работал очень долго и охватил серию революционных и катастрофических перемен в судьбах его страны. В сущности, мы имеем трех различных Мейнеке, каждый из которых выражал разные исторические эпохи, что отражено в любой из его трех крупных работ. В книге «Мировая магия и национальное государство», вышедшей в 1907 г., Мейнеке с уверенностью констатирует реализацию германского национального идеала в бисмарковском рейхе. Как многие мыслители XIX века, начиная с Маззини и далее, он идентифицирует национализм с высшей формой универсализма: это продукт вильгельмовского барокко, образовавшийся после эпохи Бисмарка.

В книге «Идея магии», вышедшей в 1925 г., Мейнеке обнажает расколотое и озадаченное мышление Веймарской    республики: мир политики стал ареной неразрешенного конфликта между интересами государства и моралью, которая чужда политике, и не может, в конечном счете, стать выше жизни и безопасности государства. Наконец в книге «Возникновение магии», вышедшей в 1936 г., когда нацистская волна смыла с него академические награды, он издает крик отчаяния, отвергая историзм (который, по-видимому, признает, что «все существующее — разумно»), и в замешательстве мечется между исторической относительностью и сверхрациональным абсолютом. Впоследствии, когда Мейнеке в старости стал свидетелем военного разгрома страны, более сокрушительного, чем в 1918 г., он, в книге «Катастрофа Германии», вышедшей в 1946 г., пришел к беспомощному заключению о том, что в магии господствует слепой, безжалостный случай. Психолога или биографа заинтересовало бы здесь развитие Мейнеке как личности. Мага же интересует то, каким образом Мейнеке отражает три или даже четыре последовательных и резко контрастировавших периода  настоящего  в  историческом  прошлом.